До сих пор некоторые люди верят в огромное богатство, составленное из слитков золота, якобы спрятанное бурами где-то в Южной Африке в последние дни существования Трансваальской Республики, а именно — в Лоувельде.Из-за давности происшедшего многие посчитали эту историю выдумкой, в которую нельзя поверить даже при наличии каких-либо реальных фактов, подтверждающих ее.
Однако каждое убийство в тех краях, даже каждое странное происшествие связывалось с этой историей и обрастало слухами и домыслами. Эта история волнует многие умы до сих пор…
11 октября 1899 года правительства Трансваальской республики и Свободного Оранжевого государства объявили Великобритании войну. Кризис, прежде чем перерасти в войну, длился несколько недель, в течение которых владельцы золотых приисков свернули все работы и выехали в безопасные районы (в основном в район мыса Доброй Надежды). Всего около 60 тысяч человек.
Так началась война, ставшая известной под именем англо-бурской и продлившаяся до 1902 года.Несмотря на то, что англичане надеялись на завершение военных действий к Рождеству, лидеры буров заявили о затяжном характере будущей войны и стали искать средства на ее финансирование. Для решения этой проблемы на правительственном совете, куда был вызван государственный смотритель шахт, было решено направить огромные массы рабочих, как белых, так и черных, в золотодобывающую промышленность, что привело бы к увеличению столь необходимого золотого запаса.
Это был разумный шаг. За год до начала войны добыча золота в Трансваале возросла до такой степени, что перекрыла продукцию России, Америки и Австралии вместе взятых. Таким образом, Южная Африка стала крупнейшей золотой державой в мире. Эксперты ожидали увеличения продукции золотых приисков до суммы, равной двадцати миллионам фунтов стерлингов, из которых около пяти миллионов составляла бы чистая прибыль для золотодобывающих компаний.
Немного времени прошло с тех пор, как первые золотые слитки были отправлены на монетный двор в Преторию. Вот что рассказывает об этом в своей статье “Правда о миллионах Крюгера” Густав Преллер, артиллерист, отозванный в Преторию главой департамента горной промышленности господином Кляйнхансом для службы в администрации Трансвааля: “Слитки золота были взвешены, зарегистрированы Хендриком Мунником и отправлены заведующему Монетным двором, господину Перрину, который, вместе с двумя ассистентами-немцами, расплавлял их, очищал, прокатывал и изготовлял монеты. Затем деньги шли в казначейство, откуда производилось их распределение по воинским частям. Деятельность Монетного двора позволяла сохранить армию”.
Работа на приисках успешно продвигалась, чего нельзя было сказать об успехах на фронте. Войска буров отступали, теряя города и территории. К концу мая 1900 года англичане, одержавшие ряд побед, угрожали Претории, что вынудило правительство Крюгера покинуть столицу и переехать в местечко Машадодорп вдали от опасных районов. Там было организовано так называемое “правительство на колесах” — все государственные учреждения находились в железнодорожных вагонах.
Несмотря на то, что золотые прииски были покинуты еще в начале мая, когда англичане начали операцию по окружению Претории, Монетный двор продолжал работать до тех пор, пока английские войска не вступили в город. Преллер рассказал следующую историю: “28 мая -начальник департамента горнодобывающей промышленности попросил меня выделить ему повозку для кое-каких перевозок. Я согласился. Вечером в 11 часов я, прогуливаясь по городу, забрел на станцию, где, к своему удивлению, увидел правительственного чиновника, управляющего погрузкой и отправкой по железной дороге золотых монет и слитков золота. Для этих-то целей и была использована повозка. Золото вывозилось из банков, а затем — из города на поезде генерала-аудитора, стоявшем рядом.
Золото хранилось в городе в трех местах: в Нидерландском банке, откуда господин де Брааль, управляющий, уже начал вывозить его, на Монетном дворе, а также в огнеупорном подвале Дворца юстиции. Вначале мы опустошили сейфы Нидерландского банка, затем — Монетного двора, и наконец подвалы Дворца юстиции. К тому времени, как дело было сделано, в Претории не осталось ни грамма золота, принадлежавшего Трансваалю. Стоимость же всего золота, вместе с уже вывезенным в Машадодорп, составляла порядка полутора миллионов фунтов. В основном эта сумма состояла из слитков золота высокой пробы, но были еще и монеты чеканки Монетного двора Претории и не очень чистое, еще не прошедшее подготовку для чеканки, золото, стоившее на двадцать шиллингов за унцию дешевле, и еще не отштампованные заготовки для монет, прокатанные листы золота…”
Интересный факт: если бы “летучие отряды” англичан, посланные впереди основных сил для окружения отходивших из города буров, проявили сообразительность и проверили бы железную дорогу, то эшелон с золотом не пришел бы в Машадодорп.
В августе 1900 года полковник Денис Райц, автор книги “Команда”, прибывший в Машадодорп навестить своего отца, указывал на то, что дворы и склады вокруг железнодорожной станции охраняются день и ночь с огромным усердием (о чем также свидетельствуют его сослуживцы). Он даже решил было, объединившись с несколькими своими друзьями, немного увеличить свой капитал, но потом передумал. Вот что он вспоминает: “…И вдруг я понял, что здесь, на этой станции, сложены огромные суммы. Я хорошо помню свое изумление от осознания того несчетного богатства, которое лежало здесь. Я сам видел, как по ночам к вагонам подъезжали повозки, загружались и уезжали обратно в темноту. Я абсолютно уверен теперь, что золото не покидало Машадодорп, что оно зарыто где-то там…”
Через несколько лет Райц узнал от генерала Боты, что в этих вагонах был груз оружия, предназначавшийся малым отрядам, готовившимся для ведения партизанской войны, и якобы из-за этого вся операция была крайне засекречена. Неизвестно, было ли это так в действительности, ведь даже не весь генералитет буров мог быть информирован о настоящем грузе эшелонов.
В книге известного южноафриканского журналиста, собирателя загадочных историй Лоуренса Грина “Странное богатство”, рассказывается о том, как Джеймс Грей, редактор “Новостей Претории” провел детальное изучение затрат на военные действия и установил, что ко времени наибольшей активности на фронте от всего трансва-альского золота осталась лишь малая часть — 60 000 фунтов стерлингов. За неделю до начала войны Рандские рудники переслали груз золота на сумму в 462 853 фунта, поэтому золотой запас Трансвааля составлял около полумиллиона фунтов стерлингов. К этому надо также добавить золото, добытое с ноября 1899 по май 1900 года, которое, согласно документации правительства Трансвааля, составляло около двух миллионов фунтов, и к тому же еще 300 000 фунтов, взятых в Нидерландском банке (вспомним рассказ Преллера). Итак, до начала военных действий золотой запас правительства Крюгера составлял более трех миллионов фунтов.
Если вычесть военные расходы, получится, что существовало около полутора миллионов неистраченных денег. Интересно, что ту же сумму упоминает и Преллер, участвовавший в погрузке золота на поезд, отправлявшийся из Претории.
В августе 1900 года президент Свободного Оранжевого государства Штейн встретился с президентом Крюгером в городке Нельспрут, где было решено объединить силы двух государств в войне против Великобритании.
Хроническая нехватка денег вынудила правительство Трансвааля продать часть золотого запаса, и скоро покупатель был найден. Им стала немецкая фирма “Вилькен и Акерман” в Лоренсу-Маркише. Золото продавалось по цене 3,10 фунта за унцию. Соглашение предусматривало оплату либо в английской, либо в трансваальской валюте.
11 сентября 1900 года, когда англичане вступили в Ма-шадодорп, Крюгер пересек границу с Мозамбиком, взяв с собой тридцать ящиков неотштампованных монет, отправился к морю. 64 142 унции золота были погружены на немецкий корабль “Бундесрат” и отправлены в Гамбург в конце октября. На этой сделке буры получили 224 497 фунтов прибыли. В это же время Крюгер с ближайшими своими друзьями отплыл в Европу для решения некоторых политических проблем, захватив с собой 150 000 фунтов. Согласно Преллеру эти деньги использовались для покупки “…одежды, провизии, спичек и других подобных товаров”, которые затем были отправлены в расположение частей буров, а около 25 000 из этой суммы были отштампованы на немецких заводах в монеты республики Трансвааль.