Так и осталась та тайна нераскрытой, до сих пор будоража воображение слушателей этой легенды. Тем более что слухи о несметных сокровищах, дразня кладоискателей, время от времени вроде бы подтверждались неожиданными находками. Находились пещеры с запутанными таинственными ходами, но в них, увы, встречались только древние предметы. А в балке Сухой Чалтырь (недалеко от Ростова) даже были обнаружены кости нескольких волов. По остаткам упряжи находку отнесли к украинско-запорожскому происхождению. И поиски долго велись именно в этом районе.
«Золотая» татуировка
Новые искатели запорожского клада пополняли списки неудачников, словно и впрямь клад, как утверждает донской краевед Эдуард Чистов, был заговоренным. По его данным, к поиску золота запорожского в конце XIX века приступило даже специально созданное в Ростове акционерное общество. Оно подошло к поискам основательно. В результате аналитических исследований, архивных и иных изысканий, свидетельствует Эдуард Чистов, было установлено: казна запорожцев действительно существовала и исчезла в нижнем течении Дона на его правом берегу; казна состояла из 32 дубовых бочонков, весом 2 пуда каждый; половина бочонков была заполнена золотыми флорентийскими и венецианскими дукатами и цехинами, причем их количество было настолько значительным, что если бы они «всплыли» в какой-либо стране мира, то непременно были бы отмечены нумизматами; общий вес золота и драгоценных камней казны составлял одну тонну.
В начале XX века в распоряжение акционерного общества попал любопытный документ — карта места предполагаемого клада. Увлекательная и таинственная история этого документа составила бы сюжет отличного детектива. Предание говорит о том, что в конце XVIII века, когда на Дон пришли крымские армяне и начали обживать окрестности крепости Димитрия Ростовского, заложив свой город Нахичевань, прибился к ним мастеровой человек не их роду-племени, но хорошо знавший Крым. Откуда он пришел, никто не знал. Говорят, что именно он выбрал место под строительство монастыря Сурб-Хач и активно участвовал в его возведении, да там и поселился. Не раз намекал этот человек настоятелю монастыря, что владеет большой тайной, обет о сокрытии которой дал в молодости. Предполагалось, что откроется он перед смертью. Но в одну из зим вместе с монастырскими работниками человек тот отправился за дровами для обители. В пути их застала пурга, и они вынуждены были переждать непогоду в балке. Там на них напала стая волков. Когда истекающего кровью старика привезли в монастырь, он был уже без сознания. Обмывая коченеющее тело, монахи обнаружили на нем странную татуировку. Присмотревшись, поняли, что это довольно-таки точная карта. Ее скопировали, но разгадать тогда не смогли. К разгадке приблизились члены акционерного общества, но довершить дело до конца не успели: грянула война, затем революция. В Гражданскую войну карта ушла за границу и вернулась в Ростов, как утверждает Эдуард Чистов, спустя 20 лет вместе с оккупантами, захватившими город.
Воры-кладоискатели
В один из дней 1942 года несколько румынских военнослужащих, находившихся в составе оккупационных войск в Ростове, были задержаны при странных обстоятельствах: в каком-то месте они усиленно шарили миноискателем. В руках у них была странная карта, рисунок на которой напоминал женский силуэт. Миноискатель оказался украден на немецком складе. Немцы воровство карали беспощадно. Румын расстреляли, а их карту вместе с «делом» вернули румынскому командованию. Картой оно заинтересовалось. Но карта до этого уже побывала в руках гражданского сотрудника немецкой администрации, который, будучи местным жителем, поделился своим мнением со знакомым приятелем-краеведом, хорошо знавшим историю поисков запорожского клада. Приятелям хватило времени на то, чтобы изъять из дела подлинник, а на его место положить подделку. По словам Эдуарда Чистова, этот человек остался жив и, пройдя через суровые испытания, сохранил карту, но до сих пор молчит об этом…