В 1899 году при устройстве фундамента на Базарной площади нашли обширное подземелье, где лежало семь человеческих скелетов. Из подземелья вел подземный ход в сторону реки Лубянки, но из-за завалов в нем люди и не смогли выйти из своего укрытия. А в районе, где >в XVII веке стоял костел, обнаружили галерею шириной 2,5 и высотой 3,2 метра. Галерея эта разделялась на два рукава: первый вел к Соборной площади, но через 30 метров его преграждал завал. По второму ходу прошли шагов двадцать и наткнулись на полусгнившую дубовую дверь. Сломали ее быстро, но пройти дальше не смогли — из-за спертого воздуха дышать было невозможно. Здесь нашли несколько серебряных монет, обломок меча, какие-то полуистлевшие документы и средневековые изразцы.
Сокровища Вишневецкого искали долго, но безуспешно. В 1916 году городская управа выделила солидные средства на поиски княжеской «казны». Для этих работ пригласили из Москвы известного специалиста по поиску подземных кладов археолога И. Стеллецкого. Но и его старания, и его богатый опыт не принесли быстрого результата. Из-за начала Первой мировой войны работы вскоре пришлось свернуть. В 1922-1923 годах археолог вернулся в Лубны. С помощью местных любителей истории ему удалось точно установить место, где в XVII столетии стоял замок (урочище Вал), и отыскать подземный ход, ведущий из него в сторону реки, по которому когда-то спасались защитники замка от казаков полковника Кривоноса: «Своеобразный ход для бегства был наспех сооружен Иеремией Вшпневецким в своей столице, крутоярых Луб-нах, — писал Стеллецкий. — Выкопан ход был в рушенном слое вала и обит бревнами и досками. На большой высоте ход выводил в овраг, впадавший в реку Сулу. Необходимость сооружения такого хода была вызвана начавшимся народным восстанием под руководством Богдана Хмельницкого. Как установлено раскопками, ход этот был вскоре сожжен казаками Кривоноса при взятии замка штурмом. Раскопками раскрыты следы ужасающей трагедии, имевшей здесь место. Единственным путем спасения из горящего замка был деревянный тайник к реке Суле. Он был подожжен казаками со стороны выхода. Передние пытались вернуться назад, а из замка напирали все новые массы бегущих. Невероятные сцены предсмертной борьбы среди огня и дыма! Обгоревший свод рухнул и похоронил свои жертвы. Костяки найдены сваленными в кучу в самых неестественных позах». Обнаруженный тайный ход помог раскрыть одну из исторических загадок, но сокровища Вишневецкого и на этот раз ускользнули от искателей клада.
И. Стеллецкий, по его собственному признанию, находился на правильном пути в своих исканиях, и надо было дальше раскапывать развалины замка в поисках тайника с сокровищами. Историк был уверен, что существовал и другой подземный ход, который в XVII веке соединял замок Вишневецкого с бенедиктинским монастырем. Но проверить на практике свою догадку археологу не удалось. Против продолжения работ категорически выступили местные власти, и поиски пришлось прекратить…
В наши дни несколько энтузиастов, занимающихся кладом Вишневецкого, высказали предположение, что этот клад никогда не будет найден. На сокровищах и на самом князе лежит проклятие его матери. В 1610 году, при основании иод Лубнами Мгарского монастыря, в специальном акте княгиня Вишневецкая прокляла каждого, кто осмелится предать святую православную веру…
С возможностью сокрытия клада с помощью специальных ритуалов или проклятий был согласен один из самых опытных операторов биолокации России Сергей Бахрак.
Бахрак не теоретик, а уникальный практик, умело работающий с биолокационной рамкой. В течение многих лет он проводил работы на Новокуйбышевском нефтеперерабатывающем комбинате, предотвращая аварии на сложном химическом дорогостоящем оборудовании. В Москве по заказу Мостеплоэнерго этот специалист с достоверностью до 80-90% не только находил места протечек теплопроводов, но и участки труб, где в результате коррозионного повреждения такие протечки могли бы произойти в ближайшее время.
Вместе с сотрудниками Ассоциации инженерной биолокации Бахрак несколько раз пытался найти древнюю Либерию Ивана Грозного. Но все попытки кончались полным крахом. Перед операторами или вставала непреодолимая «мысленная» преграда, или при каждой новой попытке обнаружить библиотеку рамка указывала не на нее, а на ее «фантом», находящийся то в одном, то в другом месте.
По словам С. Бахрака, с явлением «фантома» он впервые столкнулся при поисках жертв сталинских репрессий, захороненных, по слухам, под стенами московского Новоспасского монастыря. Несколько опытных операторов уверенно указали на погребенные останки жертв на крутом склоне, идущем от монастыря к большому пруду. На месте массового захоронения поставили деревянный крест. При попытке же разрыть захоронение никаких следов его обнаружено не было. По мнению операторов, кто-то из пришедших к кресту и прочитавших табличку о расстрелянных на этом месте людях, обладал очень сильными экстрасенсорными способностями, и он, поверив надписи, непроизвольно создал на этом месте «фантом» массового захоронения, который операторы не могли отличить от реального объекта. Такие вот «фантомы» сокровищ и невидимые барьеры, уводящие их искателей от цели, умели ставить наши предки.
Надежность и длительность существования таких преград определялись опытностью колдуна или накалом страстей человека, обладавшего задатками экстрасенсорных способностей. Вероятно, с таким проклятием-заклятием, наложенным княгиней Вишневецкой, и столкнулись искатели сокровищ в городе Лубны.